Лори  - Стивен Кинг

После восторженных охов и ахов над Лори – всю дорогу до Бока-Ратона она спала на заднем сиденье, за исключением коротенькой остановки, чтобы сходить в туалет, – Бет опять перешла в свой обычный режим въедливой старшей сестры. У нее всегда находились поводы, чтобы придраться к Ллойду (в этом смысле она была виртуозом), и сегодняшним поводом для придирок стал доктор Олбрайт и плановый медосмотр, с которым Ллойд явно затягивал.

– Хотя, надо сказать, выглядишь ты неплохо, – заявила она. – Даже, кажется, загорел. Если это не разлитие желчи.

– Умеешь ты подбодрить человека, Бетти. Да, это загар. Я гуляю с Лори три раза в день. Утром на пляже, в обед – до «Рыбного дома» по Шестимильной тропе и вечером снова на пляже. Мы с ней любуемся на закат. Вернее, я любуюсь, а она просто гуляет. У собак нет чувства прекрасного.

– Ты с ней гуляешь по дощатой набережной у канала? Господи, Ллойд, да она вся насквозь прогнила. Когда-нибудь она точно обрушится у тебя под ногами, и ты грохнешься в воду вместе с нашей принцессой. – Бет погладила Лори по голове. Собачка закрыла глаза и даже как будто заулыбалась.

– Этой набережной уже лет сорок, если не больше. Она переживет всех нас.

– Ты записался к врачу?

– Еще нет, но обязательно запишусь.

Она протянула свой телефон.

– Запишись прямо сейчас. А я прослежу.

Судя по ее взгляду, она ждала возражений, и именно поэтому он не стал возражать. Но была и другая причина. Раньше Ллойд боялся ходить к врачу; он все ждал момента (видимо, этот страх был обусловлен просмотром многочисленных телесериалов), когда врач угрюмо посмотрит на него и скажет: «У меня плохие новости».

Однако сейчас он чувствовал себя на удивление хорошо. Да, ноги не гнулись, когда он вставал по утрам, вероятно, из-за того, что он стал много ходить пешком, и поясница скрипела сильнее, чем прежде, но когда он прислушивался к своим внутренним ощущениям, его не тревожило вообще ничего. Он знал, что в теле старого человека может вырасти любая пакость – причем она будет расти незамеченной, пока не станет уже слишком поздно, – но даже если внутри что-то было, никаких внешних клинических проявлений не наблюдалось: ни кровянистого стула, ни кровянистой мокроты, никаких болей в животе, никаких трудностей при глотании, никакого болезненного мочеиспускания. Он подумал, что человеку гораздо проще идти к врачу, когда тело подсказывает, что для этого нет никаких оснований.

– Ты чему улыбаешься? – с подозрением прищурилась Бет.

– Ничему. Просто так. Дай мне телефон.

Он потянулся к ее телефону, но она отвела руку подальше.

– Если ты и вправду собрался звонить, тогда звони со своего.